Париж без соплей

Париж без соплей


Наверное, вы ожидаете здесь увидеть восхищенно-романтическую оду “городу любви” со сладким художественным описанием архитектуры и атмосферы, но я разочарую вас сразу – мой Париж не такой.

Не буду отрицать отсутствие объективности в моем рассказе, ибо дружба моя с Парижем, да и вообще со всем французским, завязалась весьма скверно. Без фактических оснований, но на уровне душевной неприязни, я просто не люблю Францию и все, что с ней связано (за исключением разве что Cote d’Azur, отдельного мира Прованса и парочки французских режиссеров). И да, французский язык я нисколько не считаю красивым, мелодичным и романтичным, вопреки всеобщему мнению.

 

С таким весьма не радужным настроем направлялась я второй раз в Париж, чтобы освежить детские воспоминания, и тешила себя мыслью о запланированном концерте Edward Sharpe and The Magnetic Zeroes.

Ехать в любой неморской город Европы летом – стопроцентная ошибка.

Обилием туристов, сезонным поднятием цен, всеобщей суматохой, очередями и удушливой жарой вы раз и навсегда испортите себе впечатление о городе. Париж – не исключение. И хотя вечером можно комфортно встречать первое мерцание Эйфелевой башни, кутаясь в шарф, дневное солнце нещадно складывает солнечным ударом туристов верхнего яруса красного туристического дабл-декера. Парижане также не рады перспективе лета в городе и считают своим долгом уезжать из Парижа на свои лазурнобереговые дачи.

 

И что же мы получаем в итоге? Душный город, забитый черными мигрантами (которых уже существенно больше, чем лиц вымирающего европейского вида), толпами ошалевших от пекла туристов, карманниками, пробками и отвратительными запахами.

Русские любят поныть: “Ох, а ведь в Европе так чисто, все для людей”. Ребята, из этих критериев Париж явно выпадает.

Ходить по улицам почти всего Парижа (за исключением нескольких пафосных дорогих кварталов) не очень приятно из-за мусора, подозрительных разводов на асфальте и роскошно устроившихся на матрасах или диванах клошаров.

Даже исторический и уютный у Сакре-Кёра Монмартр, если спускаться ниже и ниже, начинает мелькать пейзажами гетто с заброшенными домами и развалами секонд-хендов.

Как же начинаешь ценить наши московские чистые улицы и роскошное метро, когда спускаешься по вонючей грязной лестнице в такую же грязную парижскую подземку.

Стоя на эскалаторе, разочарованным взглядом наблюдаю плесень на потолке, прижимаю сумку ближе к сердцу и безуспешно высматриваю европейские лица вокруг.

 

«А как же прекрасная архитектура? Елисейские поля, Латинский квартал, Нотр-Дам, Лувр, Орсе, Помпиду», – я вижу, как закипает недоумение читателей. На это мой ответ: мне нравится город выше первого этажа. Действительно, нужно очень постараться, чтобы не замечать в Париже плохого и видеть только хорошее.

Обличая город, не буду отрицать, что у меня есть-таки любимые места.

Как это не банально, но среди архитектурных красот города мой фаворит – Эйфелева башня.

Если абстрагироваться от стереотипов, это странное вблизи сооружение особняком торчит “не в тему” в центре лаконичного немногоэтажного Парижа. Но как она вписывается! Марсово поле всегда полно людьми: проявляющими изобретательность в фотографировании с Эйфелевой туристами, релаксирующими в тени лип местными и снующими “черными местными”, продающими оптом металлические брелоки в виде башни.

 

Не отнять у Парижа узких мощеных улочек, неожиданно расположившихся в переулках фермерских рынков, традиции кафе выносить маленькие столики на тротуар и простых, но очень вкусных petit dejeuner (маленьких французских завтраков).

Не отнять обилия красивых и исторических мест в центре. “Встречаемся у Триумфальной”, “Через час под Эйфелевой” или “На пятой ступеньке к Сакре-Кёру” – не только для нас, туристов, но и для местных – привычная договоренность. По пальцам ведь сосчитать москвичей, встречающихся у Кремля или Большого театра.

 

Не отнять у города достойных музеев. Классический Орсе, в котором можно затеряться, плутая среди импрессионистов. Современный Помпиду, который при всей внешней потертости, являет собой модерн и контемпорари арт.

Не отнять сад Тюильри, куда стекаются почитать затертую, купленную в винтажной лавке у Сены, книжонку местные. Шаркающие по пыльному гравию туристы всегда могут найти свободный зеленый общественный стул и присесть у фонтана рядом с загорающими бабулями и дедулями. Летом в Тюильри открывается временный парк развлечений с большим обзорным колесом и незамысловатыми аттракционами, куда случайно можно попасть, следуя за музыкой и запахом чурроса (сладкой обжаренной испанской выпечки из заварного теста).

Не отнять, наконец, харизматичных уличных артистов, переполняющих летний Париж. Матерые “уличники”, по моим наблюдениям, имеют стальную выдержку, каждый день играя один и тот же французский шансон. Мастерство в том, что натянутость представления замечается лишь на пятый “НОО ЖЕНЕ РЕГРЕТ РЬЕН…”.

 

Париж спасся от гнева требовательной Анастасии Путешественницы тем, что у него не отнять, – прекрасным концертом и последним вечером, проведенным на Марсовом поле под мерцающей Эйфелевой башней с теплой компанией фаготистов из одного московского оркестра, улитками, крабами, устрицами и белым вином с подпольного ночного black-маркета.

Думайте сами. Решайте сами…

Но Я не рекомендую.

 

+ There are no comments

Add yours